В Атырау -10 
Законность войны США и Израиля против Ирана беспокоит не только Россию, Китай и КНДР, но и некоторые страны НАТО. Но это вряд ли повлияет на администрацию Дональда Трампа, которая враждебно настроена к ООН и пренебрегает мнением союзников. Более серьезная проблема для Белого дома — отсутствие широкой поддержки этой операции в Америке и жесткая антивоенная позиция ультраправых республиканцев, пишет Би-би-си.
Понять значение американско-израильской операции против Ирана можно, если вспомнить, что до убийства аятоллы Али Хаменеи последний раз войска одного государства убивали главу другого в 1979 году. Тогда спецназ КГБ СССР убил лидера Афганистана Хафизуллу Амина, с чего началось советское вторжение в эту страну. Смерти иракского диктатора Садама Хуссейна и ливийского автократа Муамара Каддафи не были частью военной операции — Вашингтон и его союзники не хотели напрямую брать ответственность за них.
Это не единственное отличие от интервенций США и НАТО последних десятилетий. В 2001 году война в Афганистане имела поддержку ООН, и перед вторжением в Ирак в 2003 году США и Британия по крайней мере пытались заручиться поддержкой Совета безопасности, союзников по НАТО и международного сообщества в целом.
Сейчас Белый дом меньше интересует мнение ООН, которую Трамп обвиняет в бездействии и пустословии. Меньше Вашингтон интересует и поддержка европейских союзников — тем более что Трамп недавно заявлял, что европейцы не рисковали собой во время войны в Афганистане.
«Вне зависимости от того, что говорят так называемые международные институции, Америка проводит самую смертоносную и точную воздушную кампанию в истории», — подытожил подход США министр обороны Пит Хегсет.
Самооборона или агрессия?
США и Израиль представляют операцию против Ирана как абсолютно законный акт самообороны, предусмотренный международным правом.
С их точки зрения, ядерная программа и разработка баллистических ракет в Иране представляли экзистенциальную угрозу для Израиля и серьезную угрозу США. Прямые переговоры не смогли убедить Тегеран отказаться от ядерной программы и ограничить разработку ракет, и Америке и Израилю не оставалось ничего, кроме как атаковать первыми, чтобы не допустить будущую атаку Ирана.
«Наша цель — защита американского народа через уничтожение непосредственной угрозы от иранского режима, безжалостной группы очень жестких и страшных людей. Их зловещие действия прямо угрожают Соединенным Штатам, нашим военным, нашим зарубежным базам и нашим союзникам по всему миру», — сказал Трамп в видеообращении после начала войны.
Факт непосредственной угрозы США он обосновал тем, что якобы Иран был на грани создания интерконтинентальных баллистических ракет, которыми можно будет обстреливать Штаты. Впрочем, это утверждение опровергают данные американской разведки, пишет агентство Рейтер. Официальное заявление Белого дома оправдывает войну «непосредственной ядерной угрозой, исходящей от иранского режима».
Исходящая от Ирана угроза делает удар по нему законным, заявил президент Израиля Ицхак Герцог в интервью Би-би-си. «Режим аятоллы Али Хаменеи потратил миллиарды денег своего народа, чтобы создать оружие массового поражения и посеять хаос и террор», — сказал Герцог.
«Согласно международному праву, право на самооборону используется, когда враг работает над созданием бомбы, чтобы стереть тебя с лица земли, и заявляет, что сотрет тебя с лица земли», — добавил президент Израиля.
Его мнение не разделяют многие специалисты. Эта война — незаконная и нарушает запрет на применение силы, закрепленный в уставе ООН, пишет профессор международного права в Редингском университете Марко Миланкович.
«Ни Израиль, ни США не могут обоснованно утверждать, что они осуществляют свое право на самооборону против Ирана в соответствии со статьей 51 Устава [ООН] — ни индивидуально, ни коллективно. <...> Со стороны Ирана не было продолжающегося вооруженного нападения, которое могло бы оправдать применение силы в порядке самообороны», — считает Миланкович.
Аргумент о том, что война была начата для предотвращения будущей атаки, должен быть подтвержден наличием у Тегерана намерений и возможностей ее осуществить. Но сам Трамп в прошлом году заявлял, что иранская ядерная программа была уничтожена, напоминает профессор.
Аргументы о самообороне, представленные США и Израилем, не достигают порога, которого обычно требует международное право, считает Скотт Р. Андерсон, бывший юрист в Государственном департаменте США, а ныне старший научный сотрудник программы по праву в области национальной безопасности в Колумбийском университете.
«Международное право требует неминуемого вооруженного нападения. По крайней мере, именно так это понимается специалистами по международному праву, Международным судом ООН и многими странами мира, хотя и не всеми», — говорит Андерсон.
Администрация Трампа лишь продолжает давнюю американскую традицию, отмечает Андерсон. США и Израиль придерживаются очень широкого толкования того, что можно считать вооруженным нападением и что можно считать неминуемым. По словам Андерсона, то же самое толкование использовалось для оправдания американских атак на иранские нефтяные платформы в 1987-88 годах.
Действия США и Израиля осудили Китай, Россия и Северная Корея. Менее ожидаемой и более разнообразной была реакция западных союзников Америки. Войну с Ираном открыто поддержали Австралия и Канада, несмотря на угрозы последней со стороны Трампа, Франция и Германия тоже выступили на стороне Америки. В то же время премьер-министр Испании назвал ее нарушением международного права.
Самой неоднозначной оказалась позиция Британии — ее правительство изначально не дало согласия для использования своих баз для ударов по Ирану и изменило ее только после того, как ответные иранские удары поставили под угрозу жизни британских граждан. Лондонские газеты пишут, что кабинет министров беспокоит несоответствие американо-израильской операции международному праву.
Даже разрешение на доступ к британским базам было дано с условием, что они используются для ударов по ракетным установкам, но не по лидерам Ирана. Дональд Трамп заявил, что крайне разочарован британским премьер-министром Киром Стармером, и подтвердил, что того беспокоил вопрос законности американской операции.
Изменение британской позиции связано еще и с тем, что Иран наносит удары по странам Персидского залива — ОАЭ, Саудовской Аравии, Катару, Бахрейну и Оману.
Хотя в некоторых из них есть американские военные базы, эти базы не используются для атаки на Иран и потому не являются легитимной целью для ответных ударов, отмечает профессор Миланкович из Редингского университета. Кроме того, иранские дроны и ракеты бьют не только по базам, но и по гражданским объектам.
«Ракетные и беспилотные удары Ирана по странам Персидского залива являются вооруженным нападением, поскольку они выходят за рамки правомерной самообороны», — считает Миланкович.
Схожая логика отражена в резюме правовой позиции британского правительства: «Международное право позволяет Британии и ее союзникам применять силу или оказывать поддержку в ее применении при условии, что самооборона является единственным доступным ответом на вооруженное нападение и применяемая сила является необходимой и соразмерной».
«Операция ярость Эпштейна»
Сразу после начала военной операции США и Израиля были озвучены серьезные сомнения насчет ее соответствия не только международному, но и американскому праву. Сенаторы-демократы назвали действия Белого дома незаконными. Критики даже переиначили официальное название операции «Эпическая ярость» на «Операция ярость Эпштейна», намекая, что Трамп якобы хочет отвлечь избирателей от продолжающегося скандала вокруг файлов покойного педофила.
«У президента как главнокомандующего есть определенные полномочия использовать вооруженные силы, но они ограничены чрезвычайными ситуациями — когда идет атака, которую нужно отразить, или, например, есть абсолютно очевидная готовящаяся неминуемая атака. Сегодня ничто не указывает, что это тот случай, — что делает удары [по Ирану] незаконными», — заявил специалист по конституционной политике Дэвид Яновски в интервью журналу Time.
Администрация Трампа не получила одобрения Конгресса на эту войну, и это тоже создает проблемы с точки зрения законности ее действий, отметил Яновски. Перед началом войн в Афганистане и Ираке администрация Джорджа Буша-младшего заручилась резолюциями Конгресса в их поддержку.
Впрочем, Белый дом, вероятно, мало беспокоит критика слева и сомнения в конституционности его действий. Во второй президентский срок Дональд Трамп и его юристы настаивают на максимально широком и порой беспрецедентном толковании полномочий исполнительной власти во главе с президентом.
Более серьезной проблемой для Трампа и Республиканской партии могут стать результаты экспресс-соцопросов, проведенных за последние три дня. Все они показывают, что большинство американцев против действий администрации.
Согласно одному из них, 48% не поддерживают войну, и лишь 37% — выступают за нее. Согласно другому, 43% выступают против, 29% не определились, и лишь 27% поддерживают.
При этом среди республиканцев, согласно опросам, большинство все же одобряют это решение Трампа. Но несколько крайне влиятельных фигур на ультраправом крыле американской политики заняли жесткую антивоенную позицию.
«Я разочарован», — заявил Эрик Принс, основатель частной военной компании Blackwater. Он считает, что война не в американских интересах и не соответствует обещаниям Трампа «сделать Америку снова великой» (MAGA). Со схожей критикой выступила телеведущая Мегин Келли, сторонница Трампа.
В прошлом телеведущий, а ныне блогер с многомиллионной аудиторией Такер Карлсон был самым громким голосом против войны с Ираном все последние месяцы, и после ее начала он выступил с резким ее осуждением. Карлсон назвал действия США и Израиля подлыми и отвратительными. Он заявил, что война не в интересах США и не в интересах Израиля и что за нее отвечает Биньямин Нетаньяху, который убедил Трампа вместе напасть на Тегеран.
New York Times пишет со ссылкой на свои источники, что Карлсон три раза встречался с Трампом за последний месяц и уговаривал президента не ввязываться в войну.
Критиков справа меньше волнует соответствие операции международному праву, и они спокойнее реагировали на операцию по захвату венесуэльского лидера Николаса Мадуро в начале января.
Однако новая война на Ближнем Востоке, которая уже привела к гибели американских военных, напоминает им об Ираке, Афганистане и «бесконечных войнах», которые Трамп обещал прекратить. Для них конфликт с Ираном — еще одна бездонная дыра, в которую будут уходить деньги американских налогоплательщиков.
«Большинство американцев против этой войны», — заявила бывшая конгрэссвумэн Мэрджори Тэйлор Грин, еще недавно бывшая едва ли не самым лояльным Трампу политиком в Вашингтоне.
«Человек, которого я поддерживала… осуждал то, что произошло в Ираке, обещал, что не будет больше никаких зарубежных войн и никаких смен режимов», — сказала Грин про Трампа.
Критика ультраправых может оказаться особенно болезненной потому, что в ноябре в США пройдут промежуточные выборы. Сейчас республиканцы имеют большинство в обеих палатах Конгресса. Если осенью демократы получат контроль над Сенатом или Палатой представителей, это сильно ограничит свободу действий Трампа.
Если же они получат контроль над обеими, то это может парализовать американскую политику на оставшиеся два года его второго срока, как это было с последними годами Барака Обамы у власти.
Пока что Трамп отмахивается от критики справа. «Я думаю, что [движение] MAGA – это Трамп; MAGA – это не эти двое», — сказал он про критику от Мегин Келли и Такера Карлсона.
«MAGA нравится все, что я делаю — каждый аспект», — добавил он.
Однако бывшая союзница, а ныне оппонент президента Тэйлор-Грин предупреждает, что у терпения его сторонников есть пределы.
«Они делают, что хотят, и обвиняют в паникерстве или предательстве, если кто-то посмеет не согласиться с ними даже по паре вопросов, — пишет она про администрацию Трампа. — Но так не может длиться вечно. Нельзя бесконечно запугивать и обзывать людей, заставляя их соглашаться с тобой, и при этом ожидать, что все [политические] коалиции снова пойдут и проголосуют за республиканцев».