В Атырау +2.8 
В Атырауской области землю, предназначенную для строительства осетровой фермы, продали за 41,5 миллиона тенге, хотя ранее её оценивали более чем в 80 миллионов. Теперь семья автора проекта пытается выяснить, что произошло с причитающейся ей частью денег.
28 октября Атырауский областной суд оставил без изменения решение первой инстанции по иску Хатимы Кемелбаевой, которая пыталась оспорить продажу земельного участка площадью 6,8 гектара в селе Еркинкала. Когда-то её семья предоставила эту землю для строительства фермы по выращиванию осетровых и производству чёрной икры. Проект так и не был реализован в задуманном виде, предприятие ликвидировали, а участок продали.
СПК «Атырау» утверждает, что вырученные деньги после погашения долгов распределили между участниками компании. Однако Кемелбаева, которой принадлежали 15% ТОО «Казахская осетровая компания „Каспий Балык“», заявляет, что никаких выплат не получала.
Как начиналась история
Почти двадцать лет назад известный рыбовод-ихтиолог Адильгали Кемелбай, в своё время первым возглавивший Еркинкалинский осетровый завод, предложил построить ферму по выращиванию осетровых в искусственных водоёмах.
Планы были масштабными. Предприятие должно было ежегодно производить 85 тонн товарной рыбы и 1500 килограммов пищевой чёрной икры. Первую ферму собирались построить к 2010 году, а в дальнейшем создать ещё 20 подобных хозяйств.
Для реализации проекта семья Кемелбаевых предоставила участок площадью 6,8 гектара в Еркинкале, рядом с действующим осетровым заводом на берегу Урала. СПК вложила в строительство 110 миллионов 500 тысяч тенге.
Так появилось ТОО «Казахская осетровая компания „Каспий Балык“». Доля СПК составляла 85%, или 110,5 миллиона тенге, а Хатимы Кемелбаевой 15%, или 19,5 миллиона тенге. Денег для участия в строительстве у семьи не было, поэтому своим вкладом она предложила землю.
Однако после выделения бюджетных средств Адильгали Кемелбая отстранили от должности директора компании. Вместо строительства фермы начались разногласия между участниками, которые впоследствии переросли в многолетние судебные тяжбы.
Ещё в 2009 году «Ак Жайык» рассказывал об этой истории в материале «Корпорации автор не нужен». Тогда представитель СПК Сагын Лукпанов заявлял, что корпорация готова вернуть Кемелбаевым участок, если они решат выйти из проекта.
Но земля так и не вернулась семье. Спустя годы её продали на торгах.
Продали почти вдвое дешевле оценки
В сентябре редакция «Ак Жайыка» получила официальный ответ СПК «Атырау» на запрос о продаже участка и судьбе доли Хатимы Кемелбаевой. Документ подписал тогдашний председатель правления корпорации Данияр Таханов, ныне занимающий должность акима Атырау.
Как следует из ответа, 23 сентября 2022 года участок площадью 6,8 гектара реализовали на электронных торгах. Победителем стал частный покупатель Қайырғали Қ.Қ.
Договор купли-продажи между ним и ликвидационным управляющим ТОО Демеуовым К.Д. подписали 26 октября того же года.
Решение о продаже имущества через электронные торги было утверждено протоколом № 4 общего собрания участников ТОО от 27 января 2020 года.
Примечательно, что в своём ответе СПК не назвала стоимость сделки. За этой информацией корпорация предложила обратиться непосредственно к ликвидационному управляющему.
Однако в распоряжении редакции имеется договор купли-продажи, согласно которому землю продали за 41 миллион 500 тысяч тенге.
При этом в отчёте оценочной компании ТОО «Спектр Оценки» от 8 января 2020 года стоимость участка составляла 80 миллионов 173 тысячи тенге. Эта сумма использовалась при составлении промежуточного ликвидационного баланса.
Разница между оценочной стоимостью и ценой продажи составила 38 миллионов 673 тысячи тенге.
Конечно, за почти три года, прошедшие между оценкой и торгами, стоимость земли могла измениться. Однако проводилась ли новая оценка перед продажей, с какой суммы начинались торги и сколько покупателей претендовали на участок, в ответе СПК не поясняется.
Деньги распределили, но кому?
По информации СПК, средства от продажи имущества направили на погашение задолженности предприятия перед бюджетом по налогам и другим платежам, выплату вознаграждения ликвидационной комиссии и прочие расходы, связанные с ликвидацией ТОО.
Оставшиеся деньги, как утверждают в корпорации, распределили между участниками пропорционально их долям.
Но сколько именно осталось после всех расчётов, кому и когда перечислили средства, СПК не сообщила.
Хатима Кемелбаева утверждает, что денег не получала.
Её интересы в суде представлял сын Есет Кемелбаев. По его словам, во время разбирательства прозвучала информация, что матери якобы предлагали 1 миллион 800 тысяч тенге от продажи участка, но она отказалась.
Есет настаивает, что никакого предложения не было. Он пытался выяснить, каким образом матери сообщили о выплате, через WhatsApp или по телефону, однако, по его словам, в апелляционной инстанции ему не дали возможности задать этот вопрос.
«В суде говорили, что в мае 2023 года деньги якобы передали моей маме. В апреле отец умер, но после этого к нам с деньгами никто не приходил», - рассказал Есет Кемелбаев.
По его словам, во время судебного разбирательства также утверждалось, что деньги, от которых Кемелбаева якобы отказалась, впоследствии потратили на другие нужды.
При этом 15-процентная доля в компании не означает, что её владелице полагались 15% от всей стоимости проданного участка. При ликвидации предприятия сначала погашаются его обязательства, а оставшееся имущество распределяется между участниками.
Но тогда сколько денег осталось после продажи земли и погашения долгов? Какая сумма предназначалась Кемелбаевой? И если она действительно отказалась от выплаты, чем это подтверждается?
Ответов на эти вопросы в письме СПК нет. Для их проверки необходимо изучить материалы дела и документы о начислении и перечислении средств.
Почему не отдали часть земли?
Из ответа СПК выяснилось, что первоначально участок собирались разделить между участниками компании.
30 сентября 2020 года Кемелбаевой направили письмо с предложением передать ей 1,02 гектара земли и линию электропередачи. Остальные 5,78 гектара должны были остаться СПК.
Однако, по утверждению корпорации, письмо вручить не удалось. Согласно уведомлению курьерской службы, получатель отказался принять отправление.
6 апреля 2021 года предложение направили повторно, но ответа не получили.
После этого весь участок выставили на электронные торги.
Есет Кемелбаев утверждает, что его матери не было известно ни о предложенном разделе земли, ни о денежных выплатах.
В СПК объясняют продажу всего участка отсутствием официального ответа Кемелбаевой и необходимостью завершить ликвидационную процедуру.
Между тем ещё в 2009 году представители корпорации публично говорили о готовности вернуть семье землю в случае выхода из проекта. Спустя одиннадцать лет Кемелбаевой предложили уже не весь участок, а 1,02 гектара. В итоге она, по словам сына, не получила и этой части.
Редакция также поинтересовалась, действительно ли после продажи территорию разделили на 69 отдельных земельных участков, в том числе предназначенных для строительства жилых домов.
В СПК ответили, что такой информацией не располагают.
Как 15 процентов превратились в 11, а потом снова в 15
В истории компании есть ещё одно обстоятельство, которое заслуживает внимания.
В 2009 году представитель СПК сообщал «Ак Жайыку», что после увеличения уставного капитала доля Кемелбаевой сократилась с 15% до 11,36%, а доля корпорации выросла до 88,64%.
Однако в ответе, полученном редакцией в сентябре 2026 года, СПК приводит первоначальное соотношение долей.
Согласно учредительным документам от 5 июня 2008 года, уставный капитал ТОО составлял 130 миллионов тенге. Из них 85% принадлежали АО «НК „Каспий“», а 15% Хатиме Кемелбаевой.
В корпорации также утверждают, что до ликвидации состав участников компании не менялся.
При этом СПК сослалась на проверку прокуратуры Атырауской области, в ходе которой, по сведениям корпорации, установили, что изменения уставного капитала и соответствующая перерегистрация не были зарегистрированы в уполномоченных органах.
Получается, что ещё в 2009 году представители СПК говорили об уменьшении доли Кемелбаевой, а спустя семнадцать лет корпорация вновь указывает первоначальные 15%.
Не менее запутанной оказалась история с оформлением самого участка.
По информации СПК, Кемелбаева выкупила землю площадью 6,8 гектара у государства за 27 600 тенге. Впоследствии её стоимость оценили в 19,5 миллиона тенге, а затем переоценили до 57 миллионов 664 тысяч тенге.
Однако, как утверждает корпорация, передача участка в уставный капитал ТОО не была оформлена в установленном порядке.
В таком случае возникает вопрос, на каком правовом основании компания распоряжалась этой землёй при ликвидации.
Сама Кемелбаева ранее рассказывала «Ак Жайыку», что именно участок стал её вкладом в проект мужа. Других средств для участия в строительстве осетровой фермы у семьи не было.
Суд отказал, но история не закончилась
22 июля 2026 года Атырауский городской суд отказал Хатиме Кемелбаевой в иске о признании договора купли-продажи земельного участка недействительным.
В ходе разбирательства СПК заявила о применении срока исковой давности. Это обстоятельство, наряду с другими основаниями, суд учёл при вынесении решения.
Кемелбаева подала апелляционную жалобу, но 28 октября областной суд оставил решение первой инстанции без изменения.
Ранее женщина выходила на одиночный пикет перед зданием областного суда, протестуя против судебных решений, связанных с участком в Еркинкале.
При жизни Адильгали Кемелбай пытался добиться реализации своего проекта. После его смерти борьбу за имущественные права семьи продолжила супруга.
Когда-то на берегу Урала собирались построить ферму, которая ежегодно производила бы десятки тонн осетровых и полторы тонны чёрной икры. На её строительство выделили 110,5 миллиона тенге, семья автора проекта предоставила землю. Но вместо обещанного производства последовали годы споров, ликвидация предприятия и продажа участка.
Теперь у земли другой владелец, а у Хатимы Кемелбаевой на руках очередное судебное решение не в её пользу.
СПК утверждает, что деньги после продажи имущества распределили между участниками компании. Семья Кемелбаевых настаивает, что ничего не получила. При этом документы, подтверждающие конкретные выплаты или отказ от них, в ответе корпорации редакции не представлены.
Осетровой фермы в Еркинкале так и не появилось. Зато участок, с которого начинался проект, давно нашёл нового хозяина. А спор о деньгах пережил и сам проект, и его автора.
Айнур САПАРОВА