В Атырау +10.7 
Межрайонный суд по уголовным делам Астаны разъяснил причины освобождения троих фигурантов дела ЖСК «Оазис-Астана», после того как один из потерпевших публично выразил недовольство итогами процесса.
Приговор был вынесен 19 октября.
Изначально Д., Е. и Т. обвинялись в мошенничестве в особо крупном размере. Один из подсудимых — Д. — проходил также по отдельному эпизоду, связанному с повторным оформлением квартиры.
В суде рассматривались требования 275 пайщиков на общую сумму 2,5 млрд тенге.
Однако суд пришел к выводу, что сторона обвинения не доказала, что деньги пайщиков изначально привлекались без намерения выполнять обязательства.
Во время разбирательства прокурор изменил обвинение и снизил предполагаемую сумму хищения до 1,4 млрд тенге. При этом было учтено, что квартиры и помещения стоимостью 586 млн тенге передали субподрядчикам за выполненные работы, а часть расходов, включая 98 млн тенге за подрядные работы, оплатил сам ЖСК.
Суд установил, что подсудимые скрывали от пайщиков реальное положение дел: остановку строительства, истечение сроков, проблемы с разрешительными документами, нехватку финансирования, административные взыскания и передачу части квартир подрядчикам.
Несмотря на это, привлечение денег продолжалось.
В итоге 275 пайщиков не получили свои квартиры в установленные сроки.
При этом следствие не определило конкретный размер реального ущерба по каждому потерпевшему. По мнению суда, это не позволило подтвердить обвинение в мошенничестве в отношении всех пайщиков.
В результате действия подсудимых переквалифицировали на причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения.
Суд отдельно подчеркнул: обман в этом случае заключался в сокрытии обстоятельств, мешавших вовремя завершить строительство и передать квартиры, а не в доказанном присвоении денег пайщиков.
Д., Е. и Т. признали виновными и назначили каждому 2 года 6 месяцев лишения свободы. Кроме того, им запретили занимать руководящие должности в коммерческих и некоммерческих организациях в течение трех лет.
Однако все трое находились под стражей с мая 2024 года. С учетом зачета этого срока основное наказание признали отбытым, поэтому осужденных освободили из-под стражи прямо в зале суда.
По отдельному эпизоду с повторным оформлением квартиры Д. был оправдан. Суд пришел к выводу, что речь шла о технической ошибке, а умысел на хищение денег не доказан.
Гражданские иски о возмещении материального ущерба оставили без рассмотрения по просьбе самих потерпевших. В компенсации морального вреда суд отказал.
При этом статус потерпевших и указанные в приговоре суммы не лишают пайщиков возможности требовать исполнения договорных обязательств и добиваться передачи квартир в отдельном порядке.