PISA-2025: только 36% школьников Казахстана достигли базового уровня чтения — что мешает улучшить результаты

Казахстанские школьники по итогам PISA-2025 набрали 414 баллов по математике, 385 — по чтению и 420 — по естественным наукам. При этом базового уровня читательской грамотности достигают лишь 36% пятнадцатилетних. О причинах таких результатов и возможных решениях написал эксперт в области образования Нұрғали Рахымұлы, проанализировав данные исследования и казахстанские образовательные программы.

Для сравнения, средние показатели стран ОЭСР составляют 463 балла по математике, 461 — по чтению и 482 — по естествознанию. Однако автор предлагает не рассматривать результаты Казахстана исключительно как провал. По его оценке, система образования сохраняет относительную устойчивость на фоне быстрого роста числа школьников.

Результаты Казахстана по чтению, как отмечает Рахымұлы, практически не изменились с 2009 года. В естествознании ситуация улучшилась по сравнению с 2018-м, а доля отстающих учеников снизилась на 12 процентных пунктов. Математика в последнем цикле потеряла 12 баллов, но снижение результатов наблюдается и во многих странах ОЭСР.

Есть и показатели, по которым Казахстан выглядит лучше среднего. По данным, которые приводит автор, социально-экономическое положение семьи объясняет около 5% различий в результатах учеников против 12% в среднем по ОЭСР. Почти каждый пятый школьник из наименее обеспеченных семей оказывается среди лучших учеников страны.

Кроме того, 86% казахстанских школьников заявили, что учитель продолжает объяснять материал, пока ученики его не поймут. Средний показатель по ОЭСР — 66%. С травлей, согласно приведенным данным, сталкиваются 9% учащихся против 20% в среднем по организации.

Главная проблема — чтение

Самым тревожным показателем Рахымұлы называет читательскую грамотность. Базового уровня достигают только 36% казахстанских пятнадцатилетних, а учеников на самых высоких уровнях практически нет.

При этом PISA проверяет не количество прочитанных книг и не знание литературы. От школьника требуется найти необходимую информацию, понять и связать разные части текста, оценить данные и сделать вывод. «Текстом» может быть не только статья, но и таблица, график, инструкция или описание эксперимента.

Поэтому, считает автор, учить чтению необходимо не только на уроках языка и литературы. Например, на химии школьник должен не просто запомнить формулу, а уметь изучить таблицу с показателями, сопоставить данные и объяснить причины происходящего.

На 68 часов химии приходится 109 целей

Одну из основных проблем казахстанской школы автор видит в перегруженных учебных программах.

В качестве примера он приводит химию в девятом классе: на предмет выделено 68 часов в год, но программа содержит 109 целей обучения. По физике на те же 68 часов приходится 89 целей. Всего у ученика пятого класса, по его подсчетам, насчитывается 446 учебных целей, а у девятиклассника — уже 729.

При этом увеличить количество уроков практически невозможно: нагрузка девятиклассника составляет 35 часов в неделю при максимуме в 36.

Рахымұлы разделил цели по глубине требуемого мышления. Из 109 целей по химии девятого класса девять требуют простого воспроизведения знаний, 71 — понимания и применения, 11 — стратегического мышления, еще 18 предполагают исследовательскую работу.

По его расчетам, чтобы действительно освоить все эти цели на предусмотренном программой уровне, потребовалось бы около 134 уроков вместо имеющихся 68.

В результате учитель оказывается перед выбором: подробно разбирать материал или успевать пройти программу. Чаще, по мнению автора, система вынуждает выбирать скорость.

Школ стало больше, но одного строительства недостаточно

Еще один фактор — быстрый демографический рост Казахстана. Число школьников превысило 3,9 млн и находится на максимальном уровне за последние 25 лет. За полтора десятилетия школьников стало примерно в полтора раза больше.

Из-за этого системе приходилось одновременно строить новые школы, искать педагогов и принимать сотни тысяч новых учеников.

Ситуация с инфраструктурой постепенно улучшается. По данным PISA, которые приводит Рахымұлы, доля учеников в школах, где директора жаловались на нехватку помещений, за три года снизилась с 37% до 24%, а на нехватку учителей — с 36% до 23%.

Однако около пяти тысяч школ по-прежнему работают в две смены. Это, по мнению автора, ограничивает возможности проводить консультации, дополнительные занятия, проекты и отдельно работать с отстающими учениками.

«Условия заметно улучшились, а баллы почти не изменились. Здания необходимы, но их недостаточно», — пишет он.

Что предлагают изменить

Одним из решений Рахымұлы называет сокращение количества целей обучения и их привязку к реально имеющимся часам. По его мнению, школьникам лучше качественно освоить меньшее число тем, чем формально пройти большое количество материала.

Второе направление — изменить сами задания. Автор предлагает чаще давать ученикам задачи, в которых необходимо не вспоминать готовый ответ, а сравнивать информацию, доказывать свою позицию, анализировать данные, прогнозировать и проводить исследования.

Такие навыки, по его словам, должны формироваться постоянно, а не появляться один раз в четверть на контрольной работе.

Есть и новые вызовы. Автор утверждает, что почти 40% казахстанских школьников используют искусственный интеллект для написания текстов вместо себя. Одновременно снизилась вовлеченность родителей: доля тех, кто регулярно спрашивает ребенка о школе, за три года, по приведенным им данным, уменьшилась с 68% до 54%.

В долгосрочной перспективе Рахымұлы предлагает разработать национальную стратегию развития образования на 10–15 лет, которая не будет зависеть от смены руководителей отрасли.

«Мы уже умеем строить школы. Теперь нужно научиться строить время и глубину внутри них», — резюмировал автор.