В Атырау +16 
В августе появилась информация об экспортной квоте на АИ-92 в Россию, часть которой приходилась на ресурсы АНПЗ. Редакция попыталась выяснить, кому предназначался этот бензин и почему поставка так и не состоялась.
Завод бензином не распоряжается
Вопрос был не праздным. Россия уже несколько месяцев испытывает дефицит топлива после атак на ее нефтеперерабатывающие заводы. Могли ли проблемы соседней страны повлиять на появление экспортных квот Минэнерго?
Прежде всего нужно подчеркнуть: отгрузка бензина на экспорт непосредственно самим АНПЗ не производится. Завод работает по схеме процессинга — перерабатывает давальческое сырье, а произведенные нефтепродукты принадлежат ресурсодержателям, которые самостоятельно решают вопросы их реализации.
Как следует из ответа завода, весь произведенный на АНПЗ в августе бензин был отгружен на внутренний рынок Казахстана. При этом в АНПЗ подчеркнули:
«Исполнение выданных Министерством энергетики квот относится к зоне ответственности поставщиков нефти, которым на праве собственности принадлежат все вырабатываемые на АНПЗ нефтепродукты и которые самостоятельно решают все вопросы, связанные с их реализацией».
Получается, квота могла касаться не самого завода, а собственников сырья и произведенных из него нефтепродуктов. Тогда возникает следующий вопрос: кому именно предназначался этот экспортный объем и пытался ли кто-либо им воспользоваться?
Минэнерго подтвердило отсутствие поставок
Так зачем Минэнерго предусмотрело такую возможность?
На прямой вопрос о причинах появления экспортного объема и о том, почему отгрузки в итоге не состоялись, министерство ответило:
«Реализация экспортного объема осуществляется при условии достижения соответствующих международных договоренностей, а также безусловного обеспечения потребностей внутреннего рынка Республики Казахстан. В этой связи отгрузка автомобильного бензина АИ-92 с Атырауского НПЗ в Российскую Федерацию не осуществлялась в июле и августе 2026 года».
Какие именно международные договоренности имелись в виду, были ли они достигнуты и что конкретно помешало отгрузкам, из ответа неясно.
Но тогда остается первоначальный вопрос: если бензин в Россию в июле и августе не отправлялся, зачем экспортный объем вообще был предусмотрен и кому он предназначался?
На вопрос «Носит ли механизм выделения подобного рода экспортных квот в РФ регулярный характер или это разовые оперативные решения, зависящие от баланса внутреннего рынка?» в министерстве также не ответили.
Заявки оказались коммерческой тайной
Как выяснилось из ответа АО «НК „КазМунайГаз“», квоты Минэнерго предназначаются не непосредственно Атыраускому и Павлодарскому НПЗ. Оба завода работают по схеме процессинга: они оказывают услуги по переработке давальческого сырья, а решения о направлениях реализации и отгрузки произведенной продукции принимают ресурсодержатели — собственники нефтепродуктов.
Могли ли они отправить свой бензин в РФ? Выяснить это оказалось невозможно: сведения о заявках и контрагентах отнесены к коммерческой тайне.
На наш вопрос, поступали ли в июле и августе от компаний-давальцев заявки на налив и отгрузку бензина АИ-92 в направлении РФ в рамках выделенных квот, АО «НК „КазМунайГаз“» ответило:
«Вопросы формирования и распределения экспортных квот на нефтепродукты, а также направления их использования относятся к компетенции Министерства энергетики РК. Атырауский НПЗ и Павлодарский НХЗ работают по схеме процессинга: заводы оказывают услугу по переработке давальческого сырья, а решения о направлениях реализации и отгрузки произведенной продукции принимают ресурсодержатели — собственники нефтепродуктов. Сведения о заявках, объёмах отгрузки и контрагентах давальцев составляют коммерческую тайну и не подлежат раскрытию».
При этом в КМГ сообщили, что по состоянию на 10 сентября остатки АИ-92 составляли 17,6 тыс. тонн на АНПЗ и 22,7 тыс. тонн на Павлодарском НХЗ.
Производство автобензинов, по данным компании, идет с опережением плана: за восемь месяцев 2026 года заводы КМГ выпустили 3,9 млн тонн автобензинов, что на 123 тыс. тонн выше планового задания. До конца года планируется произвести 5,7 млн тонн. Отгрузка внутренним потребителям, как утверждает КМГ, ведется в полном объеме и в соответствии с графиками.
КТЖ не раскрыло возможную логистику
Тайной осталась и возможная логистика поставок.
Национальный перевозчик «Қазақстан темір жолы» сообщил, что цистерны для нефтепродуктов находятся в собственности различных операторов вагонного парка, в том числе частных компаний, а КТЖ осуществляет перевозку на основании заявок грузоотправителей.
Но сообщить, поступали ли такие заявки в отношении бензина, предназначенного для России, в компании отказались:
«Сведения о конкретных объемах перевозки, количестве вагонов, направлениях отправок и корректировке заявок относятся к коммерческой информации. В соответствии с пунктами 2 и 4 Перечня сведений, составляющих коммерческую тайну ТОО „КТЖ – Грузовые перевозки“, запрашиваемые сведения являются конфиденциальными и не подлежат предоставлению третьим лицам».
Таким образом, Минэнерго подтверждает, что возможность реализации экспортного объема существовала, но не объясняет, кому именно он предназначался и почему отгрузка не состоялась. КМГ отправляет по вопросам формирования и распределения квот обратно в Минэнерго, а сведения о заявках ресурсодержателей закрывает коммерческой тайной. КТЖ также не раскрывает, подавались ли заявки на перевозку, сколько вагонов предполагалось задействовать и отменялись ли эти отправки. АНПЗ, в свою очередь, напоминает, что решения о реализации произведенного бензина принимают его собственники.
Кто должен был получить экспортный объем
В итоге известно наверняка только одно: по официальным данным Минэнерго, в июле и августе 2026 года АИ-92 с Атырауского НПЗ в Российскую Федерацию не отгружался. Но кто мог воспользоваться экспортной квотой, подавались ли для этого заявки и почему поставка в итоге не состоялась, из ответов четырех структур установить невозможно.
Экспорт, безусловно, мог быть выгоден собственникам продукта: ценовая разница на бензин в Казахстане и России в августе была значительной — 228–249 против 450–520 тенге.
Грозил бы такой экспорт вторичными санкциями, как допускали комментаторы в социальных сетях, — отдельный вопрос. Однозначно отвечать на него только исходя из того, что АИ-92 является обычным автомобильным бензином, нельзя: возможные риски зависят в том числе от участников сделки, получателей, банков и схемы расчетов.
Но до этого вопроса мы так и не дошли. Сначала хотелось понять более простую вещь: кому предназначался экспортный объем бензина из Атырау и почему он вообще появился. После ответов Минэнерго, КМГ, АНПЗ и КТЖ ясности в этом вопросе больше не стало.
Зульфия БАЙНЕКЕЕВА