В Атырау -10 
Западный Казахстан продолжает накрывать масштабная вспышка заболевания крупного рогатого скота (КРС). Пока председатель комитета ветеринарного контроля и надзора МСХ РК Казбек Ташимов объезжает поражённые районы Западно-Казахстанской области, фермеры в анонимных обращениях бьют тревогу: реакция властей запоздала как минимум на месяц, сообщает ФБРК.
Эпизоотическая ситуация в регионе перестала быть локальной проблемой и переросла в системное испытание для ветеринарной службы, местного самоуправления и тысяч семей, чей доход напрямую зависит от животноводства. По состоянию на 6 мая, ситуация критическая.
Масштабы бедствия
По официальным данным руководителя областного управления ветеринарии ЗКО Абзала Бралиева, признаки болезни выявлены уже у 5 484 голов КРС в 22 сельских округах четырёх районов области: Бокейординского, Жанибекского, Жанакалинского и Казталовского. Власти рапортуют, что 68% заболевших животных (3 732 головы) уже выздоровели.
Параллельно поступают тревожные сигналы от жителей села Тайпак Акжайыкского района ЗКО: на пастбищах находят больных и погибших сайгаков. При этом руководитель территориальной инспекции лесного хозяйства и животного мира ЗКО Нурлан Рахымжанов отказался комментировать диагноз сайгаков, заявив, что это выходит за рамки компетенции его ведомства. В то же время аким Казталовского района Асланбек Саркулов на месте просил чиновников Минсельхоза увеличить число людей и техники для сбора туш — базовые ресурсы не были обеспечены заблаговременно. К настоящему моменту собрано 3 120 туш сайгаков, но работы продолжаются.
Проблема вышла и за пределы запада: в селе Карасаз Райымбекского района Алматинской области фиксируется вспышка ящура, причём заболели даже вакцинированные животные.
Что говорят животноводы: "Лечим сами"
Фермеры ЗКО вынуждены бороться за жизнь скота самостоятельно из-за катастрофической нехватки ветеринаров и отсутствия оперативного реагирования государственных служб. Анонимные обращения фиксируют, что животноводы вручную подбирают схемы лечения, препараты и дозы, так как ветеринары физически не успевают охватить всех заболевших животных.
Главный вопрос, который волнует фермеров, — точность диагностики. По информации источников ФБРК, зимой Национальный референтный центр по ветеринарии якобы поставил диагноз "инфекционный ринотрахеит" в тех же сёлах, где сейчас вспыхнула болезнь. Ошибочный диагноз означал неверный протокол лечения и отсутствие карантинных мер, что привело к закономерной повторной вспышке.
В данный момент официальные источники говорят о пастереллёзе, однако фермеры и часть специалистов, наблюдая клиническую картину — язвы на языке и слизистой рта, поражения копыт, тяжёлое течение у телят, обильное слюнотечение и отказ от корма — указывают на симптомы, характерные для особо опасного ящура серотипа SAT1. Если штамм определён неверно, применяемая вакцина попросту не даёт защиты.
Разорение и отчаяние
На фоне эпизоотического коллапса на фермеров легла колоссальная финансовая нагрузка. Животноводы поражённых районов вынуждены тратить огромные суммы на препараты: отдельные хозяйства уже потратили около 500–600 тысяч тенге, хотя заболела лишь часть поголовья.
Цены на необходимые лекарства выросли кратно: один из востребованных антибиотиков, по словам фермеров, подорожал с 3 500–3 600 до 12 000–15 000 тенге. Вакцина против ящура в розницу обходится в 1 420 тенге за дозу, а ревакцинация требуется каждые шесть месяцев. В условиях, когда хозяйства несут убытки от падежа и роста расходов, эта нагрузка становится фатальной.
Кроме того, критическая ситуация складывается в Курмангазинском районе Атырауской области, где фермеры сообщают о гибели от 50 до 80 телят в отдельных хозяйствах. На фоне многолетней засухи и необходимости завозить корм за сотни километров потери поголовья становятся невосполнимыми. Фермеры все чаще рассматривают закрытие хозяйств и переезд в города как единственную перспективу.