Наследница Ким Чен Ына

Южнокорейская разведка официально назвала Ким Чжу Э наиболее вероятной преемницей лидера КНДР. Эксперт-кореевед Андрей Ланьков анализирует, почему Пхеньян делает ставку на женщину и как «уважаемый отпрыск» превращается в «путеводную звезду» северокорейской политики.

Курс на преемственность: 600 появлений в эфире

С момента своего первого появления на публике в конце 2022 года, дочь Ким Чен Ына, известная на Западе как Ким Чжу Э, стала неотъемлемой частью государственной пропаганды. По данным мониторинга, она фигурировала в передачах Центрального телевидения КНДР уже около 600 раз.

Несмотря на наличие других детей у Ким Чен Ына, в публичном поле присутствует только она. При этом её официальное имя в Пхеньяне до сих пор не разглашается — государственные СМИ используют исключительно почётные титулы:

• «Уважаемый отпрыск»;
• «Любимый и драгоценный отпрыск»;
• «Путеводная звезда руководства» (термин, ранее применявшийся только к действующим лидерам).

Армейская закалка и «феминизм» по-пхеньянски

Особое внимание привлекает характер мероприятий, на которых появляется девочка. Подавляющее большинство из них — это военные полигоны, пуски ракет и оборонные предприятия.

«У Ким Чен Ына есть основания опасаться, что в будущем его дочь могут критиковать за недостаток опыта в военных вопросах. Эту критику нейтрализуют заранее: она буквально растет на полигонах, демонстрируя вовлеченность в дела армии с 11-12 лет», — отмечает Андрей Ланьков.

Эксперт также указывает на скрытую склонность нынешнего лидера к «феминистским» кадровым решениям. Назначение женщины на пост министра иностранных дел и активное продвижение дочери говорят о попытке сломать традиционный консервативный уклад северокорейской элиты.

Почему именно дочь?

Аналитики выделяют две основные версии, почему выбор пал на девочку:

• Отсутствие сыновей или их непригодность к управлению государством в формате абсолютной монархии.
• Личное доверие: Ким Чен Ын видит в дочери продолжательницу своего курса.

В северокорейском руководстве уже сейчас подчеркивают её статус. Когда Ким Чжу Э и её отец вместе выходят на трибуну, дикторы называют их «великими мастерами руководства» во множественном числе, фактически приравнивая статус дочери к статусу отца.

Готово ли общество к женщине-вождю?

Главный вопрос остается открытым: примут ли консервативный генералитет и высшая бюрократия женщину на посту верховного главнокомандующего?

Андрей Ланьков смотрит на ситуацию с оптимизмом. За последние десятилетия роль женщины в экономике и обществе КНДР значительно выросла. Социальные изменения могут стать тем фундаментом, который позволит Ким Чжу Э удержать власть, когда придет время. Тем не менее, кампания по её «раскрутке» находится на ранней стадии, и пока она остается единственным видимым кандидатом в «династии Кимов» четвертого поколения.