Атырау, 15 мая 12:47
 ясноВ Атырау +24
$ 428.71
€ 519.12
₽ 5.79

«Кашаган – скорее балласт, чем актив»

9 140 просмотров

Экологическая общественность Атырауской области давно и всерьез занимается общественным мониторингом Кашаганского проекта. Такое пристальное внимание со стороны общественности, конечно, объяснялось уникальностью экосистемы данной части Каспийского моря, наличием большого биоразнообразия и от этого особой чувствительностью  экосистемы, зонами мелководья с обильной кормовой базой прежде  всего для осетровых пород рыб, когда-то составлявших славу и гордость нашего края.

Мы хорошо понимали, что если на суше добыча нефти сопряжена с большим количеством рисков, связанных с колоссальным загрязнением окружающей среды, наличием аварий и сверхнормативных вредных выбросов и сбросов, то  на море эти угрозы возрастают в разы, и преодолеть их будет значительно сложнее.

Как известно,  разведку и добычу нефти в казахстанском секторе Каспийского моря ведет нефтяной консорциум, в состав которого входило сначала  девять  ведущих  транснациональных  мировых  компаний, сейчас - семь.

За всё время работы Консорциума, а на будущий год исполнится 25 лет со дня подписания Соглашения по Кашаганскому проекту - не было случая, чтобы здесь не происходило коррупционных скандалов, экологических взысканий и штрафов, срывов сроков нефтедобычи и т.д. Достаточно посмотреть материалы, опубликованные в Интернете, и вам всё станет понятно.

Бурение первой разведочной скважины «Кашаган Восточный-1» началось 4 июля 2000 года, и тогда же было официально объявлено об обнаружении углеводородного сырья. Но именно с этого времени, собственно с начала нефтедобычи, по непонятным причинам в разные годы на море фиксировались гибель птиц, каспийского тюленя, осетровых, кильки, анчоусовых и сельдей. Всё это время, начиная с 2000-го и по 2015-й годы, компания пыталась безуспешно начать промышленную нефтедобычу на месторождении Кашаган, но по причине аварий, сбоев технологического оборудования удалось это сделать только в 2016 году. После повторного запуска нефтедобычи, который произошел 28 сентября 2016 года, нефть и газ с морского комплекса поступили на завод «Болашак», а 14 октября 2016 года началась отгрузка первой партии экспортной нефти месторождения Кашаган. Нам бы радоваться  (вот теперь месторождение заработало, начнутся согласно СРП, составленному пусть и на кабальных условиях, выплаты в республиканский и местный бюджеты, Национальный нефтяной фонд). Теперь заживем! Однако прошло без малого пять лет, как компания  NCOC  начала беспрестанно качать нефть Кашагана, но при этом выплаты в республиканский бюджет самые минимальные; отчисления в Национальный нефтяной фонд в размере не более 3%. По выполнению так называемых СИПов (социально-инфраструктурных проектов) - эти проекты вовсе не благотворительность компании и не добровольные намерения хорошего дяди! Согласно тому же СРП, средства, потраченные компанией на СИПы (строительство дорог, школ, больниц, газификацию города и поселков и т.д.) – возвратные, то есть компания рассчитывается за эти сооружения и объекты добываемой нефтью. Уместно спросить, а что тогда остается нам, народу Атырауской да и Мангистауской областей? Пожалуй, только непреодолимые угрозы и риски от этого проекта, связанные, прежде всего, с  загрязнением окружающей среды, разрушением хрупкой экосистемы акватории Северо-Восточного Каспия, с загрязнением атмосферного воздуха сероводородом – ядовитым газом нервно-паралитического действия.

По данным «Казгидромета», Атырау отнесен к числу городов с высоким уровнем загрязнения атмосферного воздуха, ну а по уровню  загрязнения сероводородом, тут нам нет равных! Согласно данным того же «Казгидромета», в 2020 году (в период пандемии коронавируса) было зафиксировано более 100 случаев превышения ПДК по сероводороду; отмечались дни, когда превышение ПДК было в сотни раз выше допустимых гигиенических норм. По словам специалистов, только за прошлый год от нефтегазовой промышленности в области было зафиксировано 150 тысяч тонн вредных выбросов в атмосферу. Мы требовали от министерства экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана принятия активных мер по выявлению основных источников загрязнения атмосферного воздуха и наказания загрязнителей, с последующим преодолением этой проблемы и нейтрализацией отравы, катастрофически опасной для населения. Но, как вы понимаете, до сих пор ничего не сделано. Хотя искать экологического преступника, отравляющего население региона, особо не надо: достаточно изучить проекты ОВОС (Оценка воздействия на окружающую среду) компании NCOC, которые находятся в открытом доступе, и где черным по белому сказано, что «Интегральная оценка по воздействию на  атмосферный воздух, полученная путем умножения баллов по каждому показателю,  составляет 64 балла. Это соответствует воздействию высокой значимости!».

В качестве дополнительного доказательства представляю вам карту распространения сероводорода от месторождения Кашаган, разработанную международной консалтинговой компанией Arthur D. Little (штаб-квартира размещается в Бостоне, штат Массачусетс, США) в рамках одного из первых проектов ОВОС по заказу Консорциума еще в 2000 году. 

Вот эта карта:


Нетрудно заметить, что уже через считанные минуты сероводород распространяется по всей акватории Северо-Восточного Каспия, накрывает город Атырау со всем его населением и никак не защищенной от этой газовой атаки территорией. На карте показана модель распространения сероводорода в зимнее время, в период ледостава. А в летнее время, с нашей жарой до +45 градусов  распространение опасного яда идет значительно быстрее. Сейчас  Атырау, да и весь регион, буквально накрыло пыльными бурями. Явление продолжаются уже не одну неделю. Мелкодисперсная пыль с песком и частицами поднятого в воздух приземного слоя земли, включая вредные испарения с так называемых лагун (полей испарения) NСОС, куда компания утилизирует подтоварную сероводородную воду) - всё это опасно еще и потому, что  в этом слое как раз концентрируются все токсичные вещества, которые смешиваясь, представляют собой ядовитое соединение, чрезвычайно опасное для человека. Согласно химическим характеристикам, сероводород тяжелее воздуха, поэтому при выбросах распространяется  вдоль приземного слоя, фактически стелется по земле. Но во время пыльных бурь его воздействие на человеческий организм усиливается в разы за счет кумулятивного эффекта и распространения уже не в приземном слое, а по всем уровням воздушной среды.

По данным станций мониторинга атмосферного воздуха, установленных на средства AgipKCO, как минимум на 9 станциях из 20 постоянно фиксируется превышение уровня сероводорода.  Количество случаев превышения гигиенических норм от 5  до 10 ПДК отмечается на станциях №№ 103, 104, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, которые находятся на территории города Атырау. На станции №116, которая размещена на границе санитарно-защитной зоны завода «Болашак», также фиксируется постоянное превышение ПДК по сероводороду. Как говорится, выводы делайте сами...

Навели тень на плетень

Правда, надо отдать должное компании NCOC, специалисты которой заверили общественность еще в мае 2019 года, что они намерены привлечь независимые лаборатории для выяснения ситуации с загрязнением атмосферного воздуха в Атырау. Называлось это исследование: «О текущих выводах исследования компании NCOC состояния атмосферного воздуха города Атырау».

6 ноября 2020 года в формате ZOOM-конференции компания NCOC и её подрядчики представили уже полученные данные по этому исследованию. Данный проект компания  обещала завершить и представить результаты к концу 2019 года. В ходе первоначальной презентации проекта было обещано применить, в частности,  ультрасовременный метод исследований, включая проведение спектральных анализов, которые должны были дать максимально объективные результаты и не позволили бы манипулировать полученными данными. Компания тогда обещала провести исторические исследования состояния атмосферного воздуха г.Атырау на основе литературных и архивных данных. Собственно, теперь можно рассказать о подоплеке появления данного проекта.

За 2 месяца до презентации проекта, в конце марта - начале апреля 2019 года в Атырау ощущался высокий уровень загрязнения атмосферы сероводородом. Да такой ужасный, что даже привыкшие ко всяким дурным запахам горожане массово начали жаловаться на невыносимую вонь, тошноту, общую слабость и т.д. Местные  власти не могли уже отмахнуться от потока жалоб от населения: тогдашний аким Атырауской области Н. Ногаев вызвал руководство NCOC на ковер и обвинил их в этой самой невыносимой вони. Чтобы доказать, что компания тут ни при чем, и был разработан NCOC данный проект. Несмотря на обещания провести исследования в течение шести месяцев, компания в прошлом году провела исследования по сокращенной программе: вместо полугода  подрядчики работали только 2 месяца. В текущем году тоже неизвестно, какие объемы исследований будут проведены и в какие сроки. Пресловутая пандемия!  К слову сказать, за эти два месяца  так и не удалось подрядчикам провести спектральные анализы. Так что проект нельзя считать законченным. Оборудование для института им. Аль-Фараби, который участвует в этих исследованиях наряду с другими  исследовательскими институтами, было заказано в США, но по причине  всемирного карантина его не удалось доставить  в Казахстан. Но как заверили нас сотрудники NCOC и исполнители этого проекта из числа  подрядчиков, полученные данные имеют самый высокий уровень достоверности (?).

Что выявили исследования?

Выявлен сероводород, причем в больших концентрациях, а также бензапирен и еще 32 опасных для здоровья людей химических веществ, причем, как мы поняли, в достаточно высоких концентрациях. Но по-прежнему остается вопрос: кто виноват и что делать? Как повисает в воздухе еще один вопрос: почему в результате сокращения программы мониторинговых работ все исследования – замеры, отбор проб - проводились только в дневное  время, хотя запредельные выбросы делаются втихаря поздно ночью или под утро? К тому же непонятен еще один момент: если первоначально, еще в мае 2019 года, когда компания во всеуслышание объявляла о начале этих исследований, было заявлено, что основной их целью является выявление злостных загрязнителей атмосферы города - то во время круглого стола была заявлена другая задача: определить общее загрязнение атмосферного воздуха, и дело с концом!

Проводятся замеры, тратятся колоссальные средства; работают мониторинговые группы, представленные ТОО "Казэкопроектом", «Казгидрометом", "Республиканским научно-исследовательским центром ОХРАНЫ атмосферного воздуха" - всё для того, чтобы провести мониторинг эмиссий непонятно от каких предприятий и источников производящих эти выбросы. А может быть, цель исследований совершенно в другом: напустить тумана, чтобы отвести от своей компании удар и подозрение? Наверное, поэтому по предварительным результатам исследования было «определено»: загрязнение атмосферы Атырау сероводородом происходит от «Тухлой балки» АНПЗ. Лихо, однако! Сейчас на АНПЗ стартовала программа «Тазалык» по осушению и рекультивации этой самой балки, и когда будет наведен порядок в этой системе, на кого будете списывать загрязнение воздуха сероводородом, господа хорошие, и какие конторы будете приглашать по найму, чтобы они вам подтасовали все карты, выдавая нужные вам данные? Вполне предсказуемы результаты этих исследований, поскольку заказывала  и оплачивала их компания  NCOC. Стоит ли удивляться таким выводам и стоит ли им доверять?

DreamIsland

В этом году на Кашагане заканчивается второй этап нефтедобычи в рамках опытно-промышленной разработки месторождения. По Восточному Кашагану консорциум обязан представить проект ПОМ (Полное освоение месторождения).

По последнему проекту ПредОВОСа, представленному общественности для ознакомления компанией NCOC в конце 2020 года, говорилось о том, что в связи с расширением Кашаганского проекта намечено  бурение дополнительных скважин в развитие производственных мощностей, как на море, так и на заводе «Болашак». В проекте ПредОВОСа предлагается 4 варианта развития ситуации. Однако ключевая проблема удаления меркаптанов из добываемой нефти планируется компанией и разработчиками ПредОВОС не синхронно с нефтедобычей, а только на третьем этапе освоения месторождения. То есть NCOC планирует пробурить новые скважины, добыть колоссальные объемы высокосернистой нефти, построить дополнительно три  завода, больших по мощности, чем «Болашак», но решить проблему сепарации газа не раньше 2040 года! Соответственно, напрашивается вопрос: если проект не справляется с нейтрализацией сероводорода и меркаптанов уже сейчас, что будет с нашей территорией и со здоровьем населения к  2040 году? Мы задали этот вопрос во время консультаций и получили ответ от специалистов компании, в котором содержались пустые обещания, что компания будет решать эту проблему, но когда и какими способами – сплошное бла-бла-бла…

На странице 203 того же проекта ПредОВОС от 01.04.2020 г. представлен полностью вид будущего Кашагана с отсыпанными островами и вновь пробуренными скважинами. При этом они ссылаются на пропускные свойства нефтяного коллектора, которые до конца не изучены.

Мы еще не раз вернемся к этому документу, чтобы более тщательно проанализировать его ошибки и промахи, но в другой статье. Сейчас изложу только основные моменты ПредОВОСа, чтобы читатель представил предстоящий масштаб будущего расширения Кашаганского проекта. Согласно проекту, в море будет отсыпано 30 новых островов, пробурено до 200 новых нефтяных скважин, проложены между островами тысячи километров внутрепромысловых и выкидных нефтепроводов, построено дополнительно три завода, больших по мощности, чем ныне работающий «Болашак»;  сама  нефтедобыча  будет продолжаться с использованием закачки попутного газа обратно в пласт. Но как это всё повлияет на экосистему акватории Северо-Восточного Каспия, его гидродинамику, способность к самоочищению и сохранению биоразнообразия  морской среды? Пока никаких расчетов и оценок у компании нет.

Здесь возникает еще несколько вопросов: к примеру, выдержит ли техногенную нагрузку данная территория (ведь там сейчас уже строятся как минимум два нефтехимических комплекса), да плюс эти предполагаемые три завода; как будет нейтрализоваться сероводород и что делать с жителями поселков Ескене и Карабатан, которых уже сегодня необходимо переселять как можно скорее и подальше от этой техногенной зоны?

В связи с падением уровня Каспийского моря программа дальнейшего  расширения нефтедобычи на Кашагане будет усугубляться новыми вызовами и рисками. Сегодня уже практически не ходят баржи и суда с глубокой просадкой на острова: как было сказано руководителем одного из подразделений NCOC на недавно проведенном круглом столе, у компании 76 различного вида судов и плавсредств, которые 150 дней в году практически простаивают из-за невозможности их использовать по причине обмеления моря. На островах сейчас уже осложнена логистика доставки грузов, оборудования, людей. Это всё риски и угрозы, которые своевременно не были учтены компанией, хотя общественность еще на раннем этапе освоения Кашаганского месторождения предупреждала об этом. Теперь компания NCOC в спешном порядке проталкивает строительство морских судоходных каналов в акватории Северо-Восточного Каспия, но общественность против этого проекта. Разработчики проекта рытья морских каналов подсчитали ущерб за два года, хотя ежу понятно, что в связи с активной волновой и ветровой динамикой в акватории Северо-Восточного Каспия компания вынуждена будет каждые 3-4 месяца прокапывать каналы заново, поскольку они будут заиливаться, терять свою геометрию, глубину и контуры (пример тому с искусственным каналом, прорытым на участке Прорва, в районе Тенгизского нефтяного месторождения, где постоянно работает дноуглубительная техника, насосы, помпы, ведутся ремонтные работы). Таким образом, предлагаемое компанией рытье каналов будет представлять своеобразный perpetuum mobile, обуславливающий удорожание всего проекта и невосполнимость ущерба окружающей среде. С учетом того, что стране поступает от проекта только 3% выплат, зачем губить осетровых на триллионы долларов? Ведь по последним подсчетам NCOC, за эти два года мы потеряем маточное стадо осетровых, а с этой потерей безвозвратно будет потеряно 54 тонны черной икры! Однозначно данный проект недопустим по причине разрушения экосистемы Каспия, а также бесконечных финансовых затрат, за которые, согласно СРП, платит Казахстан объемами добываемой нефти. Вот и получается, что вместо выгод и благ от этого проекта наше население получает финансовую удавку, сероводород и катастрофическое сокращение нашего жизненного пространства с ростом заболеваний.

Есть еще один вопрос, на который пока никто не обращает внимания и не задается им: в связи с осложнением доставки грузов, оборудования и т.д. - непонятно, как сегодня компания решает вопрос отгрузки с островов промышленных стоков, поскольку по причине обмеления Каспия нет возможности использовать сегодня грузовые баржи. На недавнем круглом столе я спросила у руководителей компании об этом, и получила ответ, что  специалисты NCOC «решают эту проблему». Действительно, NCOC сейчас хлопочет о получении лицензии на организацию полигона по закачке бурового шлама, промстоков отходов производства в юрские отложения (подземные горизонты) в границах акватории Северо-Восточного Каспия. В связи с этим уже разработано обоснование полигона и участка пространства недр, составлен геологический отчет по закачке. Документы сейчас переданы для согласования и получения лицензии в министерство экологии, геологии и природных ресурсов РК. И всё это - в нарушение экологического законодательства нашей страны, в обход широкого общественного обсуждения, ну и, наконец, окончательного разрушения экосистемы Каспийского моря.

Отдельный вопрос по сероводороду: первоначально говорилось, что содержание сероводорода в кашаганской нефти от 16 до 20 процентов. Но его оказалось больше: некоторые скважины показали до 22 процентов. В таком случае непонятно, на какой уровень сероводорода рассчитано было оборудование на островах, где ведется нефтедобыча, и откуда нефть через выкидной нефтепровод по маршруту море-суша подается на завод «Болашак». Может быть еще и этим изначально высоким содержанием сероводорода в добываемой нефти объясняется такой опасный и тяжелый сероводородный фон в нашем регионе?

Сейчас на высоком уровне решается вопрос, где разместить будущие заводы этого проекта: построить их на Карабатане или вынести на Тенгиз? Но к сырью этого производства уже привязаны строящиеся химкомплексы. И с нефтепроводами тоже неясно; основной нефтепровод по маршруту море-суша после капремонта, замены и восстановления всё-таки работает на Карабатане. Если решать строительство заводов на Тенгизе, тогда надо будет тянуть нефтепровод в Жылыойский район, а это 250 км трубы с уникальным и дорогим внутренним покрытием, специально используемым для транспортировки высокосернистой нефти.

…Западные инвесторы, скорее всего, в отличие от казахстанского правительства, уже утратили иллюзии о том, что 15-е по запасам нефти месторождение в мире ввиду геологических,  технологических, экологических проблем и вызовов не дает ни геополитических, ни политических, ни больших экономических дивидендов. Этот многосложный проект скорее балласт, удавка и обуза для Казахстана, чем актив».

Галина Чернова, директор Центра «Глобус»

2 мая, 20:52

Нашли ошибку? Выделите её мышью и нажмите Ctrl + Enter.

Есть, чем поделиться по теме этой статьи? Расскажите нам. Присылайте ваши новости и видео на наш WhatsApp +7 707 37 300 37 и на editors@azh.kz