Как казах стал первым хакером в СССР

Задолго до массового интернета, Telegram-ботов, криптокошельков и кибератак на банки в СССР уже произошел случай, который сегодня назвали бы громким инцидентом в сфере информационной безопасности.

Его главным героем стал Мурат Уртембаев — уроженец Алматы, выпускник механико-математического факультета МГУ и инженер-программист АвтоВАЗа. В разных публикациях его называют первым советским хакером, хотя сам этот термин применительно к той истории требует оговорки: Уртембаев не взламывал систему извне, а изменил программу, к которой имел доступ по работе.

Тем не менее именно его дело стало одним из первых известных примеров компьютерного саботажа в Советском Союзе.

Молодой математик из Алма-Аты

Мурат Уртембаев родился в 1955 году в Алматы. После школы он поступил на механико-математический факультет МГУ, который окончил в 1978 году. По распределению молодой специалист попал на АвтоВАЗ — одно из самых технологичных предприятий СССР того времени.

АвтоВАЗ был не просто автомобильным заводом. Это был промышленный гигант, где активно внедрялись автоматизированные системы управления производством. Конвейер, подача деталей, логистика внутри цехов — все это постепенно переходило под контроль программ и вычислительной техники.

Уртембаев работал именно в такой системе. Он занимался программным обеспечением, связанным с подачей механических узлов на главный конвейер.

Обида, амбиции и опасный план

По одной из распространенных версий, конфликт начался с карьерных ожиданий. Уртембаев рассчитывал на повышение и прибавку к зарплате, однако руководство, как он считал, обещаний не выполнило. Для амбициозного программиста это стало болезненным ударом.

Тогда у него созрел план: внести в программу ошибку, дождаться сбоя, а затем самому же быстро ее устранить. Так он хотел показать руководству, насколько важен для предприятия, и вернуть себе профессиональный авторитет.

Но расчет оказался неверным.

Перед отпуском Уртембаев внес изменения в программу, которая управляла подачей деталей на конвейер. По сути, это была «логическая бомба» — скрытая программная закладка, которая должна была сработать не сразу, а в определенный момент.

Мурат Уртембаев разработал патч к основной программе-счётчику, отмеряющей циклы подачи узлов на линию конвейера. В результате действия патча ритм счётчика сбивался, и заданная деталь поступала на конвейер с опозданием. Учитывая, что процесс был просчитан до секунд, задержка была попросту недопустимой. Мурат Уртембаев внёс преднамеренные изменения в программный код автоматической системы подачи механических узлов на конвейер завода АвтоВАЗ, что привело к его остановке на три дня.

По задумке программиста, сбой должен был произойти тогда, когда он уже вернется из отпуска и сможет «спасти» ситуацию. Но программа сработала раньше.

Как остановился советский автогигант

Когда сбой начался, система стала выдавать неправильные команды. Детали поступали не туда, куда нужно. Одни участки производства оставались без комплектующих, другие сталкивались с перегрузкой. Ритм конвейера был нарушен.

Для такого предприятия, как АвтоВАЗ, даже небольшой сбой мог привести к цепной реакции. Конвейер работал в строгом темпе, и каждая задержка нарушала весь производственный процесс.

В итоге работа главного конвейера была серьезно дезорганизована. По материалам дела, завод недовыпустил 460 автомобилей, а прямой ущерб составил 7176 рублей 79 копеек. Для начала 1980-х это была значительная сумма.

Инцидентом заинтересовались не только заводские специалисты, но и сотрудники КГБ. В условиях СССР остановка крупного государственного предприятия могла быть воспринята не просто как производственный сбой, а как чрезвычайное происшествие государственного масштаба.

Почему его называют первым хакером СССР

Сегодня Уртембаева часто называют первым советским хакером. Однако это не совсем тот образ, который обычно возникает при слове «хакер».

Он не проникал в чужую сеть, не обходил систему безопасности и не похищал данные. Он был сотрудником предприятия и имел доступ к программному обеспечению. Его действие ближе к тому, что сегодня назвали бы внутренним саботажем или созданием вредоносной программной закладки.

Но именно поэтому история особенно важна. Она показывает, что уязвимость может находиться не только снаружи системы, но и внутри нее — среди тех, кто имеет легальный доступ к критически важным процессам.

Современным языком это называется insider threat — внутренняя угроза. И случай Уртембаева стал одним из ранних примеров такой проблемы в советской промышленности.

Суд и наказание

Уртембаев признал свою вину. Однако советское законодательство того времени просто не было готово к подобным делам. В уголовном праве еще не существовало привычных сегодня статей о создании вредоносных программ, неправомерном доступе к компьютерной информации или воздействии на критическую информационную инфраструктуру.

Поэтому дело квалифицировали не как киберпреступление в современном понимании, а как умышленное повреждение государственного имущества.

Уртембаев получил три года лишения свободы условно и обязанность возместить ущерб. Кроме того, он был понижен в должности и фактически отправлен работать на конвейер.

Что сейчас с хакером?

После отработки на конвейере, Мурат работал программистом на заводе, потом некоторое время в заводских дочерних компаниях «Информсервис-Лада» и «Инфосистем», затем вместе с семьей уехал в Казахстан. Мурат жил и работал программистом в Алматы. По состоянию на 2010 год он работал в департаменте информационных технологий АО «Казпочта». 21 мая 2010 года Мурат Уртембаев умер от остановки сердца.