Атырау, 19 апреля 22:09
 ясноВ Атырау +19
$ 447.40
€ 477.55
₽ 4.76

Дело экс-акима: Тень на скамье-2

25 797 просмотров

Бывший первый заместитель акима Атырауской области Болат ДАУКЕНОВ, без сомнения, одна из ключевых фигур судебного процесса. В ходе допросов в суде он не только дал обширные показания, но и озвучил своё отношение как к самому процессу, так и к своей роли в нём.

«ЕГО СЛОВО БЫЛО ЗАКОН»

Даукенову предъявлено обвинение в руководстве организованной преступной группировкой (ОПГ), которая в составе организованного преступного сообщества (ОПС), созданного акимом области Бергеем РЫСКАЛИЕВЫМзанималась незаконной приватизацией различных объектов. Стало известно, что арестованный 12 сентября 2012 года Даукенов был помещён в одиночную камеру, где находился до 13 октября. Затем его вывезли для допросов в Астану, в следственный изолятор КНБ, где он провёл в одиночке ещё два месяца. Подсудимый назвал эти обстоятельства «исключительными». Но подчеркнул, что показаний на допросах не давал. В зале суда он был более разговорчив и охотно отвечал на все заданные ему вопросы.

Даукенов рассказал, что знаком с Рыскалиевым ещё с 90-х годов:

– Мы познакомились в ходе проверок. Я работал тогда в прокуратуре Актюбинской области, не помню, начальником отдела или зампрокурора города. Он занимался бизнесом. Котировался как хороший бизнесмен. Потом наши дороги разошлись. Встретились мы уже здесь, в Атырау, почти через десять лет.

Его адвокат Юрий  CЛИНЧЕНКО попросил дать характеристику Рыскалиеву.

– Деловой? Деловой. Волевой? Волевой. Требовательный? Требовательный. Здесь высказывались характеристики, что, мол, чужое мнение ему было до одного места – такое тоже бывало иногда. Если он принимал решение, другое его уже не интересовало, – охарактеризовал бывшего акима Даукенов. – А мы были исполнители просто. Морально, физически он был сильным человеком и подбирал таких людей, которые могли с этим справиться. Демонизировать его не надо, но его слово было закон.

– Вы выражали сомнения в законности приватизации хотя бы одного из объектов приватизации, возражали?

– Нет, такого не было, я не возражал.

– Он называл цену, за которую должно быть приватизировано предприятие, и называл компании, которые должны были победить?

– Нет и нет.

– Имели ли вы лично в этих компаниях-победителях тендеров процент акций, личный интерес?

– Органы следствия нудно, долго переворачивали десятки, сотни компаний – ни одного процента ни я, ни родственники, ни аффилированные со мной лица в них не имели.

ПРИВАТИЗАЦИЯ ОБЛТРАНСГАЗА

– В первую очередь стоял вопрос о том, чтобы оставить эти сети (ОблТрансГаза) в области и надежно обеспечить газом область. О приватизации вопрос не стоял – уверяю вас, ни в коем случае. Когда поступил этот проект постановления правительства о передаче всех сетей единому оператору КазТрансГаз Аймаку, он вызвал возмущение акима Рыскалиева: как это, вложив миллиарды бюджетных средств, передать какому-то стороннему оператору? Учитывая, что тарифы на газ были самые низкие в республике, мы не могли допустить социальную напряжённость – я не бахвальствую. Так и вышло: первым делом КТГА повысил тариф. Проще всего повысить тарифы и ссылаться на инвестиционную деятельность. Заверяю вас, КТГА, повысив тарифы в Атырауской области, будет инвестировать эти средства в последующем в развитие других регионов, где нет транспортной сети или она находится в зародышевом состоянии. Поэтому мы бросили все силы на то, чтобы оставить сети в области. Это у нас получилось.

– Когда встал вопрос о передаче газовых сетей в конкурентную среду? – задал вопрос своему подзащитному адвокат Слинченко.

– Нам нужен был, естественно, хороший бизнесмен, собственник. Предприниматель, который имел бы свои средства. Почему пал выбор именно на него (Вадим ПАК) – мне неизвестно. Где газовые сети сейчас? Чего добились-то? Это частная компания (КТГА), не государственная, просто присутствие государства есть, но это частная компания, не забывайте. Кто сказал, что после передачи Паку предприятие зачахло бы? Он его развалил бы? Да мы не позволили бы. Вам всем известно, что Пак – это известный бизнесмен, весь город асфальтирован Паком, он имеет базу, сотрудников, средства. УС-99 полгорода построило. Он ему дал зачахнуть? То, что мы наживались, передавая эти предприятия в конкурентную среду – это всё домыслы. Они бы существовали, эти предприятия. И тот, кто принимал решение – Бергей Саулебаевич, так же думал. Это моё мнение.

– Кто принимал решение?

– Стратегическое решение было принято первым руководителем, и у меня нет тени сомнения, что это было правильное решение. Решений такого уровня мы (заместители) принимать не могли, занимались только текущими вопросами. Был один момент в связи с моей командировкой: АБДИРОВ позвонил мне и сказал, что аким велел ему подписать проект постановления по приватизации. Я сказал: ну подписывай, если аким области сказал. Вообще исполнение обязанностей акима области было возложено на меня, но я был в командировке. Не будь я тогда в отъезде, возможно, сейчас стоял бы вопрос «Почему Даукенов подписал», и уже мне вменили бы обвинения за это.

Действительно, часть постановлений о приватизации подписана экс-замакима Аскаром Абдировым, когда в акимате отсутствовали по различным причинам и аким области, и его первый зам, и на него постановлением Рыскалиева возлагалось исполнение обязанностей акима. Абдиров позже в своих показаниях назвал эти совпадения неслучайными:

– Данное постановление (о приватизации имущества ОблТрансГаза) было подготовлено заранее, и опять я остаюсь и.о. акима. 5 июля мне принесли его на подпись, специально дождавшись, когда они (Рыскалиев и Даукенов) отбудут в отпуск и в командировку. Как выяснилось уже на следствии, 12 июня начали готовить этот документ, неделями держали, потом принесли мне на подпись.

Как уверяет Абдиров, в силу действующего регламента он не мог знать, когда точно были подписаны бегунки к этим постановлениям, и узнал о том, что документы дожидались определённого времени – постфактум, уже на следствии.

ТАКУЮ ЛИЧНУЮ НЕПРИЯЗНЬ ИСПЫТЫВАЛ…

На вопрос адвоката Слинченко об отношениях с Рустемом АЛЬБАКАСОВЫМ Даукенов ответил, что пересекался с тем не более 2-3 раз – в приёмной у акима области, в резиденции, где проживал Рыскалиев, и по бытовому вопросу: проживая в служебной квартире, он обнаружил, что она почему-то записана на Альбакасова.

Болат ДАУКЕНОВБолат ДАУКЕНОВ– Какие могут быть вопросы, он зять Рыскалиева, это всем известно. Аким области говорил, что тот занимается строительством. Но у меня с ним никаких отношений не было. Почему на нём квартира, а живу там я – возникали, конечно, вопросы. Но так как я жил там уже четыре года, я думал, претензий, наверное, ко мне не будет. Каким образом ему досталась, почему я жил в его квартире, я не знаю. Супруга показывала квиточки из КСК, за свет, там написано «Альбакасов». Я помощнику сказал, чтобы он нашёл мне его телефон, чтобы переоформить как-то. По такому бытовому вопросу я звонил ему. Больше не пересекался.

– В суде давал показания засекреченный свидетель. Он говорил, что в Атырауской области в бытность акима Рыскалиева из руководителей правоохранительных органов была создана ОПГ, и руководил ею первый заместитель акима Даукенов. Согласно распределению обязанностей на вас возлагалась координация действий с правоохранительными органами.

– Как я мог руководить силовыми и правоохранительными органами?! Они меня не будут слушать просто. На основании чего они будут меня слушать? Нонсенс просто.

– Данный свидетель утверждал, что руководители областных правоохранительных органов, в частности, прокурор Атырауской области Сайфулла КЕМАЛОВ и начальник ДВД Рахмаджан ДОСАНОВ причастны к фактам незаконного осуждения бизнесмена Назми АЛИЕВА, бывшего акима Макатского района Нурлана ДЖАНТОКОВА, бывшего замакима области Салимжана НАКПАЕВА.

– Я руководил правоохранительными органами? Они исполняли мои указания?! Это из области фантастики. По Накпаеву объясняю: дела не знаю, следствием не руководил, указаний никаких не давал. Вопрос обсуждался в СМИ, подковёрные, естественно, обсуждения были – бывший аким города всё-таки, замакима области, переживания были. Друг у друга спрашивали, в кабинете у акима области был разговор, просто неприятно, когда за рамки области выходит и обсуждается на республиканском уровне.

Адвокат ОРЫНБЕКОВА задала вопрос, который хотели, но не решались задать многие люди, посвящённые в кулуарные подробности дворцовых интриг:

– Поставлю один конкретный вопрос: с Накпаевым у вас приязненные или неприязненные отношения?

– Скорее всего, у него неприязненное ко мне отношение. Он полагает, что он себя не реализовал как человек, как служащий, и он решил, что я занимал его место…

Судя по тому, как до сих пор неизменно корректный Даукенов перешёл на использование формулировок «в силу его низменных каких-то побуждений…», характеризируя бывшего коллегу, можно уверенно утверждать – приязненными эти отношения никак не назвать.

МЕСТО ВСТРЕЧИ ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ

Далее адвокат Слинченко затронул тему использования Рыскалиевым своей резиденции в качестве места сбора своих приближённых.

– Действительно ли вы там отдавали приказания, кого преследовать органам внутренних дел, как заявил секретный свидетель?

– Там же дом акима был. В 2010, 2011 и 2012 годах Бергей Саулебаевич очень редко приходил на работу. В неделю раза два, только после обеда. Но в силу своего характера хотел быть в курсе всех событий. Могли, конечно, созвониться и обсудить, согласовать некоторые вопросы. Иногда, бывало, к окончанию рабочего дня говорил: «Заедь, привези такие-то бумаги и объясни». Там решались текущие вопросы. Я бывал в той резиденции неоднократно, могу подтвердить. Весь персонал может: люди, которые приходили, не скрывались. АКИМЖАНОВ, НУРБЕКОВ, ИСМУРАТОВ, Кемалов в бытность его руководителем аппарата акима области и замакима… Досанов, возможно, вызывался в связи с какими-то обстоятельствами. НУРЛУГУЖИЕВА он мог вызвать днём или ночью, если возникали коммунальные проблемы. Тот же Накпаев в своё время оттуда не вылазил, Рыскалиев мог его вызвать в любое время и «вставить», грубо говоря.

– Как вы понимаете выдвинутое вам обвинение и как его оцениваете? Признаёте ли вы свою вину? – спросил адвокат Нурлан ЖОЛБОЛОВ. Перечисляя статьи, по которым ему предъявлены обвинения (руководство ОПГ, служебный подлог, присвоение или растрата вверенного чужого имущества, злоупотребление должностными полномочиями, совершение преступления в составе ОПГ), Даукенов заявил, что обвинений не признаёт:

– Всё это имеет политическую подоплеку – ответственно заявляю. Все моменты, связанные с отменой приватизации и возвратом объектов в госсобственность, можно было решить в гражданском поле.

Жолболов попросил пояснить заявление о политизированности обвинения.

– Следствие необъективно, необоснованно предъявляет обвинение с самым «потолком». Я не чувствую своей вины и вижу в глазах всех сидящих здесь то же самое: никто не чувствует вину, ни за что люди сидят. Скорей всего, это нужно было кому-нибудь и для чего-нибудь. Может быть, когда-то это раскроется. Недостойны мы такого обвинения, чтобы нас облили грязью за всё, что мы сделали. Органы следствия меня демонизировали. Не говорю, что мы золотые, но в этой мясорубке из нас сделали руководителей ОПГ в составе ОПС. Это всё фарс.

– Готовил ли вас Рыскалиев на своё место как преемника? – спросила адвокат Орынбекова.

– Вообще-то он не решает такие вопросы. Молва, слухи… О ком не говорят?! Сейчас и об АЙДАРБЕКОВЕ (аким города Атырау) говорят, что следующим акимом области будет он. Но эти вопросы решаются на уровне правительства, аппарата президента и службы безопасности после тщательного изучения. Так прямо вопрос не стоял. Ну, я был, конечно, заметный человек на уровне правительства, министерств, но только и всего.

Это утверждение вступает в противоречие с одним из признаний коллеги Даукенова, замакима области Аскара Абдирова.

– Он (Рыскалиев) неоднократно требовал от всех заместителей подчиняться Даукенову так же, как ему самому, – сказал Абдиров, характеризируя позже уровень отношений Даукенова и Рыскалиева.

ПОКАЗАНИЯ АБДИРОВА

Абдиров тоже отрицает своё участие в ОПГ:

– Не знаю никаких ОПГ. Не было такого, чтобы Рыскалиев или Даукенов меня вызывали и говорили: «Ты то сделай, туда сходи». Никогда такого не было. Я просто выполнял свои функциональные обязанности, как и мои коллеги. Когда в апреле мне всё это предъявили, было шоковое состояние: столько лет проработать и в конце такое получить?! Я начинал в горакимате главным специалистом в 1997 году. Позиция замакима области – результат моих знаний, опыта, ответственности, а не литературных слов «преданность, приближенность». С самим Рыскалиевым познакомился в 2006 году, когда он был акимом города. Если следовать логике следствия, он должен был уже тогда сразу поднять меня по карьерной лестнице. Но я как был начальником отдела, так и работал, ничего не изменилось. В отношении характера господина Рыскалиева: действительно, жесткий, требовательный, чужое мнение слушать не любил. Я по роду службы считал, что если в чём-то разбираюсь, обязан это мнение выражать – это ему не всегда нравилось, мягко говоря. Вообще при нём действовало правило: кто не с ним, тот против него. Как-то я зашёл к нему, чтобы выразить сомнения в законности разделения имущества ОблТрансГаза. Он мои попытки игнорировал со словами: «Ты кто такой?! Законную сторону знает Даукенов, он юрист, Джантемирову задание я дал, он всё знает, а ты не лезь!». И не выполняй я его требований, в лучшем случае оказался бы на улице уволенным. Когда мне приносили на подпись постановления о приватизации в статусе исполняющего обязанности акима области, у меня не было возможности отказаться. Я знал, что отказ опасен для меня и моей семьи, мне угрожали моим уничтожением и уничтожением бизнеса моей матери.

Как следует из сказанного Абдировым, Рыскалиев не признавал процедур и целиком полагался на свои предпочтения в выборе тендеров и конкурсов.

– Когда я курировал ЖКХ и строительство, я составлял перечень, собирая информацию у акимов районов, и предоставлял на совещаниях, но он отбрасывал этот перечень и диктовал свой. И через 10-15 дней уже проводились тендеры. Скорость проведения подобных конкурсов не поддаётся логике, то есть всё это делалось по приказанию самого Бергея, зачастую даже строительство начинали, не дожидаясь ПСД, – добавил Абдиров.

ПОКАЗАНИЯ КЕРИМОВА

Подсудимый Керимов рассказал, что начинал юристом в одной из десятков фирм, дислоцировавшихся в парке Победы:

– Я им (братьям Бергею и Аманжану)не земляк. Я родился в Кызылординской области и переехал в Макат уже после окончания вуза, родственных отношений никаких не имею. Чистое совпадение, что Рыскалиев тоже родом из Маката. Я устроился на работу по объявлению. Через несколько дней познакомился с известным предпринимателем, хозяином винно-водочного завода «Аяжан» (Аманжаном РЫСКАЛИ). Как я узнал, там была целая корпорация, своего рода бизнес-центр. Работали около 200 человек. В основном это были поставка винно-водочных изделий, риэлторские услуги, строительство коммерческих зданий, логистика, аренда транспортных средств и т. д. Я занимался оформлением недвижимости, регистрацией, перерегистрацией, ликвидацией, судебными спорами, вплоть до устройства детей руководства в садик. Время от времени приезжал Ахаман (Аманжан Рыскали). Моей персоне значения не придавал. В жизни каждого бывают поворотные события, предопределяющие его судьбу в дальнейшем. Для меня таким стали выборы президента в 2005 году. С предвыборной агитацией приехал кандидат Жармахан ТУЯКБАЙ. Я его не воспринимал как альтернативу Назарбаеву, тем не менее мне было интересно послушать мнение оппозиции. Он возмутил меня тем, что ни разу не упомянул достижения страны и президента. Благодаря Назарбаеву Казахстан состоялся как государство, Назарбаев дал всем своим трудом построить своё благополучие. И какой-то несостоявшийся политик будет поливать его грязью! Я не выдержал и сказал, что только созидательная политика Назарбаева может привести нас в хорошее будущее. Спонтанным было выступление, не преследовал PR-цели, но именно оно сыграло немаловажную роль в моей судьбе. После этого через несколько дней мне позвонил замакима области Бергей Рыскалиев. В первый раз увидел его тогда. Он захотел познакомиться со мной. Его интересовали мои политические взгляды, он поддержал мой поступок – оказывается, он видел по телевидению моё выступление.

Через какое-то время пригласил меня уже через Ахамана и предложил поработать юристом в штабе Назарбаева. В нём я видел доверенное лицо президента и старался безоговорочно выполнять все его указания. В 2007 году Бергей уже в качестве акима области предложил поступить на госслужбу. Я согласился, но с условием поддержки карьерного роста. Он никаких гарантий мне не давал, сказал, от меня лично зависит. Я стал заведующим государственным правовым отделом и начал расти. В следственных материалах написали, что я за четыре месяца стал заместителем руководителя аппарата акима области – какое это имеет отношение к делу, не пойму? Восьмилетний стаж работы на госслужбе уже у меня был – в органах прокуратуры; моих знаний и опыта было достаточно. Мало ли молодых людей, которые занимают высокие посты?! Исключительно благодаря своим уму, опыту и работоспособности я добился успеха. Беспрецедентный факт – одним махом мне удалось устроить семь тысяч человек на «Болашак»! Будучи начальником управления труда и социальной занятости, я сам лично ходил по домам в райцентрах и отбирал безработных. Мы тайно за неделю выезжали в районы накануне отопительного сезона – чтоб не предоставили неверные данные акиму области о ситуации. И так во всём. Абсолютно не соответствует действительности, что он повышал меня из дружеского расположения, чтобы производить хищения. Я не хвастаюсь – повышал он меня только за работу. Вы знаете, что поначалу даже не стоял вопрос о приватизации и прочем?Они (следствие) хотели добыть улики против Рыскалиева. Мне совесть не позволила на него наговаривать. Если бы согласился, возможно, меня здесь сейчас не было бы. Почему не даётся правовая оценка всем, кто подписывал эти листы согласования? Все подписывали, в том числе действующие заместители акимов и сотрудники нынешней команды. К их показаниям надо относиться критически – в целях защиты себя и ухода от преследования они могли дать неверные показания…

ОБЫЧНАЯ ПРАКТИКА

Один из основных факторов, на которых строится обвинение – практика использования для утверждения проектов постановлений акимата области так называемого бегунка. На этом основании постановления, в частности, по приватизации, следствие считает подложными, поскольку проекты не выносились на коллегиальное обсуждение, а подписывались поочередно и заочно. Судя же по прозвучавшим в стенах зала суда утверждениям практически всех опрошенных свидетелей и обвиняемых, никто из них не видел крамолы в таком методе принятия решений, поскольку эта практика действовала задолго до их появления и действует, как утверждали многие, и в сегодняшнем акимате. Более того, этот регламент функционирует и на более высоких уровнях власти – в канцелярии аппарата президента например, и в прочих учреждениях республиканского масштаба. Так, во всяком случае, заявили суду допрошенные. Их адвокаты настойчиво обращают внимание суда также на то, что и прокуратура, которая по роду обязанностей проверяет законность всех актов и постановлений, принятых акиматом, из сотен документов отменила за эти годы лишь единицы.

– Могу привести свой опыт: в республиканском регламенте такой же порядок – имеются вопросы, которые обсуждаются на заседаниях, а есть вопросы, где необходимо заочное голосование. Многие вопросы не обсуждали на заседаниях акимата, не только по приватизации. Эта практика не мной придумана. Изменить ситуацию я не мог, – сказал в своей части Даукенов.

Абдиров даже инициировал официальный запрос:

– Выяснилось, что таких постановлений путем бегунка принято было за 2010-й год 346, то есть это обычная практика. Для сравнения – на заседаниях было принято всего 29. В своё время я своему заместителю Ларисе ДЖУМАГАЛИЕВОЙ дал задание разобраться: как должно происходить визирование по бегунку. Они (правовой отдел) несколько дней посовещались и сказали, что это законный порядок, действует с 2001 года. Оно может называться порядок, инструкция, правила – как угодно, но оно законно.

Керимов высказался ещё резче:

– Это повсеместная практика. В случае несогласия есть отметка о возврате, то есть была возможность отказаться от визы. Какая разница, собрались и подняли бы руки – то же самое, такой же способ выражения воли. В год мы принимали до 400 постановлений, и это за 245 рабочих дней. Столько совещаний физически невозможно провести. Все обвинения к этому, что ли, свелись? Тупость какая…

В случае признания этих доводов пункт с обвинением в подложности постановлений по приватизации может быть признан несостоятельным. Между тем, как стало известно на одном из судебных заседаний, обвинений в так называемых «откатах» следствием предъявлено не было. Это странно, учитывая не одно выступление Генерального прокурора РК Асхата ДАУЛБАЕВА, посвященное скандальному смещению акима Атырауской области Бергея Рыскалиева, в которых генпрокурор обличал действовавшую в его криминальной системе практику откатов.

Зульфия БАЙНЕКЕЕВА

27 марта 2014, 00:00

Нашли ошибку? Выделите её мышью и нажмите Ctrl + Enter.

Есть, чем поделиться по теме этой статьи? Расскажите нам. Присылайте ваши новости и видео на наш WhatsApp +7 771 37 800 38 и на editor@azh.kz